В 1944—1945 годах австралийский военный журналист Джордж Джонстон стал свидетелем массовой миграции беженцев на юго-западе Китая. Основываясь на своем опыте пребывания в Китае, он создал роман «Долгий путь», который с экзистенциальной точки зрения исследует человеческие проблемы существования. Настоящая статья направлена на изучение того, как роман через «галлюцинации нон-дома» главного героя Мередитса глубоко литературно отвечает и превосходит экзистенциальную концепцию Сартра «Другие — это ад», раскрывая экзистенциальную тревогу западной субъективности и ее этическое обращение в межкультурных столкновениях. Исследование показывает, что Джонстон умело трансформирует повествовательную структуру Данте «Ад — Чистилище — Рай» в метафорические пространства кризиса модерности в Гуйлине, Люцзяне и Лючжоу. Роман, изображая овеществление тел погибших, отчуждение человека и иллюзорное искупление, превосходит сартианский пессимизм и призывает к этической ответственности, основанной на признании «Другого», предлагая литературное осмысление отношений субъектов в эпоху глобализации.

«Долгий путь»; Джордж Джонстон; экзистенциализм; «галлюцинации нон-дома»; этика Другого